voblya_river

https://ivanov-petrov.livejournal.com/2664401.html

Мало что время торопливое и его мало. Всё гораздо сильнее ограничено: даже в условиях достаточного времени работают культурные нормы. Сейчас высказывание ограничено культурными нормами очень сильно. Смотрите, застит глаза мат - люди борются за его употребление, втискивают полуматерные шутки, им плохо без мата... Это потому, что он постепенно входит в норму. А настоящие запреты совсем другие.

Вот я и говорю: мало времени. И даже когда оно есть, выступают культурные нормы. Что запрещено, ненормально, что обществом запрещается? Лить воду, говорить не по теме, не сразу переходить к делу. Вспомните, какой вой на болотах слышится по поводу старой орфографии. Ах, этот гад замедлил мое чтение, я целые миллисекунды не знал, что за слово, пришлось даже всмотреться. Потеря времени! Он меня тормозит!

Сейчас норма - нельзя тормозить других. Дело не в нехватке времени. Просто нельзя - даже если времени с избытком, надо быстро и кратко. Именно поэтому в ходу навязчивый юмор. Юмор в виде клише заменяет длинные рассуждения. Он указывает на некие стандартные ситуации и немногими словами - штампом - позволяет всё разъяснить. Многие люди вообще разучились говорить не-штампами, у них навязчивое юморение. Они уже не могут иначе - развилась привычка. Обратите внимание, что происходит с речью под влиянием этого юмора. Она становится рваной. Ведь клише-штампы не могут соединяться, это иероглифы, они только по отдельности. И вот речь шутника - набор навязчивых шуток, подначек, намеков, и мысль там скомкана и перекручена, он заплатил за свои шутки - он утратил возможность нормально излагать мысли. Только гоготки и шутейки, обрывочный стеб.

То, что может быть сказано кратко, не должно быть сказано длинно. Такова норма.

А почему?

Ну... У людей, говорят, много разных информационных источников, они эээ... спешат? Они вас не выберут, если вы будете тормозить. Что? Если без разницы, выберут ли? Ну... У нас ведь отбор, естественный. Кто не заботится, чтобы его выбирали, уже не среди нас. Тогда его блог оскудеет, его никто не откроет, его не будут читать, это не будет уже информационный источник... Страшно.

Что? Считаете, что это ложь? Что запросто можно не обращать внимание на топы, рейтинги, мнения... Да на них и так никто внимания не обращает! Все с наслаждением на них плюют, демонстрируя независимость!

А почему тогда нельзя длинно, а надо кратко? Если вам плевать на рейтинг и все с гордостью присоединяются - почему же все столь конформны? - Ну... Норма такая. Это привычка нашей культуры. Считается, что это красиво, хорошо, просто, прагматично, эффективно. Что может быть лучше краткости? (Кто сказал ясность? Замолчите)

Есть еще другая норма, принятая сейчас как положительная, хорошая. Это критическое мышление. Все клянутся, что у них мышление критическое, застигнутые на некритичности стесняются, краснеют, оправдываются и критикуют с утроенной силой. Это безусловно-положительное качество - никто не говорит, что это хоть когда-то плохо, считается, что критическое мышление хорошо всегда, оно создало нашу цивилизацию.

Это правда. Создало. Критическое мышление - классическое специализированное средство с сильными побочками. Вы принимаете лекарство от насморка, отваливаются почки. Героин как средство от кашля. Это эффективное средство для ряда специальных задач, но это опасно как черта характера. Критическое мышление является одной из форм ненависти, которые действуют меж людей. Бывает ненависть страстная, это ненависть чувства, а полярная к ней форма - ненависть холодная, ненависть рассудка. Одно из ее проявлений - критика, критическое мышление и близкие к нему формы - недоброжелательность, сплетничанье, распространение неприятной и порочащей информации ("для правды"). Там целый комплекс форм ненависти. И вот, когда вы длительное время это делаете, работаете критическим мышлением - можно заметить, как оно проникает во все поры личности, это уже не "для науки", не "для работы с информацией", это уже такая складка самого мышления и самого характера; когда длительно, как образ жизни практикуют такое мышление - приходят последствия ненависти. Человек становится тупым. Критическое мышление вовсе не оттачивает интеллект, это не проявление остроты - оно делает человека тупым, плохо понимающим, туго соображающим, человек все время не может понять, с чем столкнулся, а как надо, а что делать - он использует набор шаблонных приемов, и не понимает ни границ применимости, ни последействие. Тупой.

А что я говорю о несокращаемом, о длинном и медленном мышлении? Итак, есть мысли, которые не терпят с собой такого обращения - не терпят эффективности, схематичности и прагматичности. Я сейчас повторю, чтобы стало понятнее.

Есть мысли, которые возможно высказать кратко, схематично. Можно. Но они при этом теряют действенность. То есть с ними есть возможность проделать требуемые нормой операции - сказать кратко, не отнимать времени, не томить читателя длинными вступлениями, разбавлениями, подходами, обстоятельствами, соображениями сопутствующими, дополнительными и вводными... Можно. Но тогда эту мысль не надо высказывать - она пропала.

Это кажется невозможным. Она же мысль! Она же должна, просто обязана быть краткой, ясной. Это же не стихотворение какое... Кстати, это пример. Один из примеров такой несокращаемой мысли - стихотворение. Если стихотворение можно сократить - оно плохо сделано, в нем излишества. И - да, в стихотворении может быть высказана мысль. Может не быть - стихотворение не всегда пишется ради высказывания мысли, но может. И тогда оно должно быть предъявлено целиком, иначе не будет понятно. А если эту мысль без стихотворения можно сказать короче и яснее - боюсь, со стихотворением что-то не так.

Другой пример. Молитва. Я не буду входить в различения - это утвержденная каким-то культом молитва, это общественно-признанный текст или это личная, внутренняя молитва. В любом случае она вполне может быть несокращаемой, и соображения краткости-эффективности для нее ложны: она становится неэффективной от "простого" изменения формы для увеличения краткости, ясности и эффективности.

Напрашивается пример с каким-нибудь поэтическим описанием пейзажа или выражения лица - но нет, не дам его скорей. Я не об эстетике. Нет спора, нечто, имеющее художественную ценность, вполне может обладать свойством несократимости и принципиальной длительности. Но я совсем не о художественном воздействии, я - об информационном. О мыслях. Так что речь не о риторике, не о красотах слога.

И речь не о сложности. Есть термин "нередуцируемая сложность", он сам приходит на ум к тем, кто знает об этом штампе - нет, я говорю не об этом. Этот термин придуман для конструкций, которые нельзя постепенными небольшими изменениями вывести из более простых. Это такая проблема эволюции - обычно говорят о глазе. Мол, он либо есть в своей качественной специфике, либо это не глаз, и изобрести глаз понемножку из чего-то очень простого не получится. Там такая логика - много раз опровергнутая и снова возникающая на других примерах. Но я не об этом, не о глазе и не о нередуцируемой сложности. Мысли, о которых я говорю, могут быть весьма простыми, совсем не сложными.

Я хочу сказать, что есть мысли и целые классы мыслей, которые нельзя сказать кратко. И тут дело не в формальной стороне. Может показаться, что пример с молитвой указывает на какие-то обрядово утвержденные длительности, которые нельзя сократить, потому что они приняты в сообществе, это формальная сторона. Но нет. Я не об этом.

Я именно о том, что сказано: вот, я хочу сказать мысль. Она может быть высказана в паре недлинных абзацев, а если постараться - вообще в нескольких предложениях, если извратиться - девять символов и формула. Но этого просто не следует делать - это будет именно что неэффективно. Не поймут, это будет препятствие к пониманию.

Мысль, которую я хотел написать в ответ на один из комментариев, касалась алгебры чувств: когда превалирующий фон чувств, излучаемых человеком в жизни, определенным образом сказывается на его следующем воплощении, там очень красивые и нетривиальные зависимости, сшивающие очень разнородные области чувства и способностей и жизненных обстоятельств человека. Но это не говорится - как было уже замечено - ни кратко, ни по-французски - вы помните, о чем так сказано. Есть такие рассуждения, что коли их сократить и оставить самую суть ("только инфа"), - их просто не надо сообщать.

И тут есть занятные примеры. Есть многие книги, написанные в не-англоязычных культурах, которые стали бестселлерами, завоевали огромную популярность, когда их перевели на английский - но при переводе эти сочинения были не просто сильно сокращены, они были пересказаны и перелицованы, тот ход мыслей, который в них был прежде - был изменен. Читатели английского перевода уверены, что они восхищаются именно идеями автора, самой сутью его воззрений. Но достаточно сравнить с - например - немецким оригиналом, как становится ясно: восхищаются не этой книгой. Она появилась, только став англоязычной, только так она привлекла внимание масс, а оригинал - там просто иной ход мыслей, это бы не оценили.

Английский язык - это универсальное средство изменения идей, он самомыслящий, то есть сам язык способен изменять сказанное на нем, преобразуя саму мыслительную ткань. До того таким же языком была латынь. И нет, это касается не любого языка - разумеется, перевод всегда перевод, и влияет личность переводчика, и вообще тут можно сделать сто оговорок - но все же язык может иметь эту власть переделывания мыслей, а может не иметь.

Точно так же, как английский переделывает интеллектуальный продукт, создавая нечто новое - так же действует и обычное сокращение, сжатие, схематизация, принятые сейчас как норма во многих культурах, и в том числе в нашей. Мысль, изложенная ясно и схематично, во многих случаях просто другая мысль, не та, которую сжимали и схематизировали. Ту можно сказать только совсем в другом стилистическом ключе. Подобрав тон, интонацию, постараться настроить читателя на понимание, о чем пойдет речь, приостановить его сороконожью побежку быстрей-быстрей-шевели-ножками, сфокусировать внимание на изящной строгости трансформаций, описываемых в данной мысли, и чтобы они обязательно находились скрытыми в фоне, и читатель собственным усилием выделял их из фона. Это усилие не лишнее, не избыточное - без него мысль не работает. Если ее выдернуть и голую-нарезанную подать, она не окажет влияния, читатель должен быть настроен на самостоятельное выделение мысли из фона - именно тогда она в нем сможет расцвести и заработать. А если нет - то нет.

Эта мысль должна быть медленной и скрытой в фоне, чтобы читатель сам ее произвел, только тогда она оказывает воздействие, тогда она проявляется целиком - она не сверхсложная, она не изощренная, она просто растет. Есть мысли мертвые - они членимы, их можно резать на параграфы, на блоки, на кусочки, орнаментировать ими тарелку и подавать - сойдет. И есть живые, с ними так нельзя, они сдохнут и их давать - все равно что преподнести мертвого котенка. Образующееся "тупое" мышление не безобидно - как его последствия выступают органическое болезни, на следующем шаге разрыв отношений с миром сказывается уже на здоровье. Не надо так - если получается кратко, лучше вообще не надо, мертвые котята не добавляют настроения никому. Это мысли, которые должны вырасти в читателе, а воспринятые мертвыми, снаружи, они не работают. А как же они работают? О, фантастически. Ведь я только что рассказал о лекарстве от глупости.

И тогда у меня вопрос. Как вы думаете, какие мысли и целые классы мыслей не терпят сжатия, схематизации? Что запрещает современная культура, якобы нейтрально и по-деловому настаивая на краткости, прагматичности и эффективности высказываний?

https://ivanov-petrov.livejournal.com/2664401.html